Как сам

Оригинал

Выросли в низах, выражаюсь внятно. Люди под крестом, одержимы клятвами.

Жи на минусах, вируся, другого не надо. Где глаза горят, продолжай спектакль. Как сам?

Свет в глаза, кадр, стоп, снято. За спиной пустырь, под ногами слякоть.

Мы в ушах звук, на весах тут брат за брата. Годы в никуда, ни шагу обратно.

Квадрат испорченный, чернее ночи. Мой второй я точно не знает, чего он хочет.

Район обесточенный вечно, узнаешь почерк. Стиль заморочен, но, но под голос заточен.

Твой двор наш клип, сплиф меж строк убит. Ушел гидом в лабиринт кит, меняю вид.

Будни на репит, периметр ядовит. И по ходу влип, нужен бит, паря, нужен хит.

Силуэты в капюшонах снова сели на слики. В переулке крики, кто в триггере ловит блики.

Походу я не вник, но в лиге какие-то фрики.

Не плетем интриги, рядом только близкие, беги. Строки упали на уличный сэмпл.

В салонах качают снэпбэки, вникай, кем бы ты ни был. Кеты с подвалов не в погоне за лейбл.

Мы спалили руку, пока ты туда-сюда бегал. Выросли в низах, выражаюсь внятно. Люди под крестом, одержимы клятвами.

Жи на минусах, вируся, другого не надо. Где глаза горят, продолжай спектакль. Как сам?

Свет в глаза, кадр, стоп, снято. За спиной пустырь, под ногами слякоть.

Мы в ушах звук, на весах тут брат за брата. Годы в никуда, ни шагу обратно.

Никогда не будь, кто-то подарит, спалит нам правильный путь.

Правильный бутс, если не примут, прими на грудь. Все мы под Богом тут ходим, я не отличаюсь, вроде.

Напротив, мы в роде темной ночью ходим в городе.

На проводе, своих тут мало, судьба убрала деталей во всех лишних, кто по жизни просто торговал ебалом.

Нахуй по старому них, я по-старому старый старый у них.

Единичны дружбы, единицы нас, но мы потушим. Годами бок о бок свои туда же.

В окопах среди продажных выделяемся многоэтажно. Где мой стопарк? Я стартану за край. Где тут рай?

Там, где ночью за тобой ворон наблюдает, вникай.

Не-не-не-не-не-не-не меняй мир на фальшивый рай. Там, где удары бьют по телу, тело шьют, убегай.

Истина, как стена бетона, фоном в лице стоит. Прогорит, топа с телом седина объединит.

Выросли в низах, выражаюсь внятно. Люди под крестом, одержимы клятвами.

Жи на минусах, вируся, другого не надо. Где глаза горят, продолжай спектакль. Как сам?

Свет в глаза, кадр, стоп, снято. За спиной пустырь, под ногами слякоть.

Мы в ушах звук, на весах тут брат за брата. Годы в никуда, ни шагу обратно.

Нас называли сволочи. С опытом копим и боль. Уличный сорт, два сота из диких сов.

Сборы наш эпизод. Бег по болотам, зато мы знаем цену заботам.

Видел, как плачет мажор по банкнотам. Бродяга вылез из оков.

Чтобы писать мою жизнь, ухватит сто строк и способов сбить икоту. Мое так чует нутро.

Копим годами на ствол, как батя копит на дом. Головоломка, я за стабильное все.

Брат предпочел по расчету, значит тот черт. Черт, но зато с оффшором дома текут за простор.

Пока мой брат на упак за сухпаек меняет вашу историю. Грязный песок, мне глядь в глаза.

Нет страха, нет знака стоп, снято. Пока горевал по бабке Прутень.

Позади грядет нейронный социум.

Выросли в низах, выражаюсь внятно. Люди под крестом, одержимы клятвами.

Жи на минусах, вируся, другого не надо. Где глаза горят, продолжай спектакль. Как сам?

Свет в глаза, кадр, стоп, снято. За спиной пустырь, под ногами слякоть.

Мы в ушах звук, на весах тут брат за брата. Годы в никуда, ни шагу обратно.