Другие треки от keeroo
Описание
Дата выпуска: 27 марта 2026 г.
Текст и перевод песни
Оригинал
. Ей, браза, не повернути назад. Своє обличчя світ мені давно вже показав.
Гнилий базар, тут лише дешевий азарт. Мій кент сказав: "Трижи глаза і по газах".
Ей, браза, не повернути назад. Своє обличчя світ мені давно вже показав.
Гнилий базар, тут лише дешевий азарт. Мій кент сказав: "Трижи глаза і по газах".
Вдихаю тридцять перше дванадцяте двадцять п'ятого.
Нема тут що питати, бо ніяк не святкуватиму. Нічо не помінялось, лиш адреса, де я мешкаю.
Сам плюс-мінус, як в двадцять четвертому, зрештою. За вікном пост "Новий рік", в динаміках пост-рок.
Пост в мережі ніхто не побачив, мимо пронесло.
Двадцять шостий заступив на зміну, поки навмання. Ще не прийняли мене, але ніхто й не відміняв.
Кожну ніч даю обіцянку прямо перед сном прокинутись і стати нормальним пацаном. Алло, доктор?
Так. А можна на прийом? В будь-який комфортний час. Ти ж буквально за склом.
В черговий раз сідаю, зазираю в нотатки. Що я хотів собі самому чи тобі сказати?
Монотонний плин мого життя у рандомних рядках, бо всі ці речі не більше, ніж пам'ять і прах. Завмер серед сущого, так ніби паралізований.
Не розумію, куди рухатись і хто навколо. Є програма Dallas, бій на сервіс терміново.
Я завис у полоні, не вилізу навіть з наркологом. Три години на телефоні з другом кращим.
Слухаю, не перебиваю, інакше нащо я?
Братан, ти не сам, і ще якісь банальні фрази. Певно, так має бути. Сорян, якщо образив.
Осінь календарна за вікном тихо нагадує, що літо уявне давно проходить по накатаній.
В моїх чернетках тисячі слів, та кому сказати би? Всі знайомі обзавелися крайніми хатами.
Нема потрібних слів, чарівної пілюлі. Бракує кольорів, їх більше не існує. Хвилини чи роки?
Так ніби без натиску. Питання риторичне. Добре, що не на пасху.
Ей, браза, не повернути назад. Своє обличчя світ мені давно вже показав.
Гнилий базар, тут лише дешевий азарт. Мій кент сказав: "Трижи глаза і по газах". Ей, браза, не повернути назад.
Своє обличчя світ мені давно вже показав. Гнилий базар, тут лише дешевий азарт.
Мій кент сказав: "Трижи глаза і по газах". Наді мною неба зоряного полоса.
Прислухаюсь, і тихо, та наче сам. Молитви жодної не чутно в мертвих лісах.
Бог сьогодні вихідний. Будда. Чи то Аллах?
Швидко виростають чужі діти, будинки, витрати, лиш я не виросту вже. Така от правда.
Не намагаюсь витискати з себе те, чим я не є, бо з таким розкладом справжнє всередині гниє.
Терпіти не можу людей, та особливо чужих. Ти хотів допомагати? Га? Зникни, поможи.
Де я напложив, скажи, щоб мати цей зажим внутрішніх пружин? Через це так півжиття прожив.
Набираю ще боргів наверх, тіпа мало вже. Може розрахуюся колись, раптом повезе.
Мрії про купу капусти солодки, як бізе. Не братішка я тобі, ні разу совість не гризе. Попри
Авору проходжу, там бігають люди прості. Заносить запах знайомий.
То запах бідності. Ніколи нема втікати, ні найменшого наміру.
Як піду, то виключно у свою одиночну камеру. Зранку все повторюю собі цю мантру завчену. Не працює.
І хто би зараз підказав, чому?
Я б сусідів заборонив на рівні законодавчому за які такі діяння Всесвіт нам послав чуму. Їх тільки очім домінують білі Тастери.
Мозок відразу каже: "Ти, тобі бездарь старий".
Серце коле, в голову тулять болі кластерні. А мені ж до цього треку доробляти мастеринг.
Інколи здається, що я творчий до хуя такий, але продаю своє життя, як всі, за копійки.
Якось не з руки, ніби чи кишенями мілкий. Вибору немає, роблю вигляд типу залюбки.
Ей, браза, не повернути назад. Своє обличчя світ мені давно вже показав.
Гнилий базар, тут лише дешевий азарт. Мій кент сказав: "Трижи глаза і по газах".
Ей, браза, не повернути назад. Своє обличчя світ мені давно вже показав.
Гнилий базар, тут лише дешевий азарт. Мій кент сказав: "Трижи глаза і по газах".
Пам'ятаю грустного тіпа з дитинства на лавці. Ми з ним базарили за Iron Maiden.
Він дуже старався бути молодим і розуміючим, з нами на темі.
Я тоді не відбивав, яка на душі в нього темінь. Думалось, який старий він, зовсім не пацан.
Пролетіла купа років, я тепер старію сам. Пам'ятаю, хто такий Тарзан. Хаваю Уролесан.
Хтось би мені сказав, не повірив би з купа сльозах.
З віком починаєш розуміти, тобі скажу просто, ці дивні цифри сто сорок риска дев'яносто не цікавлять, зараз інші числа.
Повір, блядь, краще поменше сто двадцять на вісімдесят. Коліна не бентежать, слава
Богу, інші речі так. Не розповідатиму про це, у вас і свій бардак.
Висипало небо холодний білий порошок. Може хтось би їбанув петарду надворі, чи що?
Надто довго за компом, вже голова по швах. Повільно сочиться чорний дим крізь сивий дах.
Тепер буду терпіти, як робота тисне скроні. Не придумав тут навіть ніякої іронії.
Хочеться до чаю взяти з шоколадом круасан. Слава небесам, ще на вулицю виходжу сам.
Кімната, храм, подорожі, Інстаграм, ресторан, про-Спати я дивану.
Я б забіг з великої, та на ацтеці мертва тиша, в асаулті нема нікого, то що це я пишу?
Тепле полум’я свічі породжує думки холодні.
Вкотре як бухав би, то напився би сьогодні. Нема полегшення - це те, шо відчуваю від чаю теплого.
Доза вітчаю, я засвідчую сенс ніби втратився, а з ним сила вся.
Речі по місцях, і як курив, то курнув би косяк. Ей, браза, не повернути назад.
Своє обличчя світ мені давно вже показав. Гнилий базар, тут лише дешевий азарт.
Мій кент сказав: «держи глаза и погазай». Ей, браза, не повернути назад.
Своє обличчя світ мені давно вже показав. Гнилий базар, тут лише дешевий азарт.
Мій кент сказав: «держи глаза й погазай». Не люблю прокидатися самого рання. Знаєш чого? Чого?
Бо це якась хуйня. Раніше все не застосовував, а приміняв, а потім дав дурпля.
Що? Шо це якась хуйня. Тексти у мене похмурі, в принципі, як і біти.
Не кажи мені, як робити, не скажу, де піти.
Нестерпно всередині, добре, що завжди на волі. Я лікую біль і цими ліками годую толку. Галіма ідея питати в людей.
Не задавай питань, коли не хочеш мати відповідей. Ти можеш…
Ти можеш не почути, навіть якщо вуха є. Лиш два типи людей: ті, хто читає, і хто слухає.
Як на диво, сьогодні пречудовий ранок. Час зробити щось таке, що не робив, коли погано було.
Багато втрачено, байдуже чи то байдуже.
Певні речі, як от час, ніколи вже не надолужу.
Хочеться мир, щоб над головою спокій в голові, аби навколо всі були свої і спогади нові. Постійно в музиці кручусь, несе інерцію статя.
Приблизно трохи далі, ніж середина мого життя. Кожен день я почуваюсь слабо, ніби на краю.
Я не вирішую свої проблеми, я їх створюю.
Старанно конспектую себе у ці дивні вірші, такі, як є, не кращі, не гірші.
Договорю ще раз сам собі, що всі ми прийшли з пустоти. Рахую не до десяти, щоб думку свою донести.
Тебе ніхто не чує, бро, кажу сам собі прости. В цілому похуй, піду оновлю плейлисти.
Здавалося, життя попереду, але позаду це. Кожна картинка закарбована на мапі прапорцем.
Горю живцем і думаю: хараптом пронесе. Ну ось і все, я видихаю, так і не знайшовши сенс.
Ей, браза, не повернути назад. Свое обличчя світ мені давно вже показав.
Гнилий базар, тут лише дешевий азарт. Мій кент сказав: «дерży гласа і погазай».
Ей, браза, не повернути назад. Сщее обличчя світ мені давно вже показав.
Гнилий базар, тут лише дешевий азарт. Мій кент сказав: « держы гласа і погазай».
Ей, браза, не повернути назад. Своє обличчя світ мені давно вже показав.
Гнилий базар, тут лише дешевий азарт. Мій кент сказав: « держы гласа і погазай».
Ей, браза, не повернути назад. Своє обличчя світ мені давно вже показав.
Гнилий базар, тут лише дешевий азарт. Мій кент сказав: « держи гласа і погазай».
Ей, браза, не повернути назад. Своє обличчя світ мені давно вже показав.
Гнилий баzar, тут лише дешевий азарт. Мій кент сказав: « держи гласа і погазай». Ей, браза
Перевод текста на русский
. Эй, браза, не повернуть назад. Свое лицо мир мне уже давно показал.
Гнилой базар, здесь только дешевый азарт. Мой кент сказал: "Трижи глаза и по газам".
Эй, браза, не повернуть назад. Свое лицо мир мне уже давно показал.
Гнилой базар, здесь только дешевый азарт. Мой кент сказал: "Трижи глаза и по газам".
Вдыхаю тридцать первый двенадцатый двадцать пятый.
Нечего тут спрашивать, потому что никак не буду праздновать. Ничего не изменилось, только адрес, где я живу.
Сам плюс-минус, как в двадцать четвертом, наконец. За окном пост "Новый год", в динамиках пост-рок.
Пост в сети никто не увидел, мимо пронесло.
Двадцать шестой заступил на смену, пока наугад. Еще меня не приняли, но никто и не отменял.
Каждую ночь даю обещание прямо перед сном проснуться и стать нормальным пацаном. Алло, доктор?
Да. А можно на прием? В любое удобное время. Ты ведь буквально за стеклом.
В очередной раз сажусь, заглядываю в заметки. Что я хотел себе самому или тебе сказать?
Монотонное течение моей жизни в рандомных строках, потому что все эти вещи не больше, чем память и прах. Замер среди сущего, словно парализованный.
Не понимаю, куда двигаться и кто вокруг. Есть программа Dallas, бой на сервис срочно.
Я завис в плену, не вылезу даже с наркологом. Три часа на телефоне с другом лучшим.
Слушаю, не перебиваю, иначе зачем я?
Брат, ты не сам, и еще какие-то банальные фразы. Наверное, так должно быть. Сорян, если обидел.
Осень календарная за окном тихо напоминает, что лето мнимое давно проходит по накатанной.
В моих черновиках тысячи слов, и кому бы сказать? Все знакомые обзавелись крайними избами.
Нет нужных слов, волшебной пилюли. Недостает цветов, их больше не существует. Минуты или годы?
Как будто без нажима. Вопрос риторический. Хорошо, что не на пасху.
Эй, браза, не повернуть назад. Свое лицо мир мне уже давно показал.
Гнилой базар, здесь только дешевый азарт. Мой кент сказал: "Трижи глаза и по газам". Эй, браза, не повернуть назад.
Свое лицо мир мне уже давно показал. Гнилой базар, здесь только дешевый азарт.
Мой кент сказал: "Трижи глаза и по газам". Надо мной небо звездной полосы.
Прислушаюсь, и тихо, как будто сам. Молитвы никакой не слышны в мертвых лесах.
Бог сегодня выходной. Будда. То ли Аллах?
Быстро вырастают чужие дети, дома, расходы, только я не вырасту уже. Такая правда.
Не пытаюсь выжимать из себя то, чем я не являюсь, потому что с таким расписанием настоящее внутри гниет.
Терпеть не могу людей и особенно чужих. Ты хотел помочь? А? Исчезни, помоги.
Где я наплатил, скажи, чтобы иметь этот зажим внутренних пружин? Поэтому так полжизни прожил.
Набираю еще долгов наверх, типа мало уже. Может рассчитаюсь когда-нибудь, вдруг повезет.
Мечты о куче капусты сладкие, как бизе. Не братишка я тебе, ни разу совесть не грызет. Несмотря
Авор прохожу, там бегают люди простые. Заносит запах знакомый.
Это запах бедности. Никогда не бежать, ни малейшего умысла.
Если уйду, то исключительно в свою одиночную камеру. Утром все повторяю себе эту мантру заученную. Не работает.
И кто бы сейчас подсказал, почему?
Я бы соседей запретил на уровне законодательном, за какие такие деяния Вселенная нам послал чуму. Их только глазам доминируют белые тастеры.
Мозг сразу говорит: "Ты, тебе бездарь старый".
Сердце колет, в голову прижимают боли кластерные. А ведь мне до этого трека доделывать мастеринг.
Иногда кажется, что я творческий хуя такой, но продаю свою жизнь, как все, за копейки.
Как-то не с руки, вроде бы карманами мелкий. Выбора нет, делаю вид типа с удовольствием.
Эй, браза, не повернуть назад. Свое лицо мир мне уже давно показал.
Гнилой базар, здесь только дешевый азарт. Мой кент сказал: "Трижи глаза и по газам".
Эй, браза, не повернуть назад. Свое лицо мир мне уже давно показал.
Гнилой базар, здесь только дешевый азарт. Мой кент сказал: "Трижи глаза и по газам".
Помню грустного типа с детства на скамейке. Мы с ним базарили по Iron Maiden.
Он очень старался быть молодым и понимающим с нами на теме.
Я тогда не отражал, какая на душе у него тьма. Думалось, какой старый он, совсем не пацан.
Пролетела куча лет, я теперь старею сам. Помню кто такой Тарзан. Хороню Уролесон.
Кто бы мне сказал, не поверил бы из куча слез.
С возрастом начинаешь понимать, тебе скажу просто, эти странные цифры сто сорок риска девяносто не интересуют, сейчас другие числа.
Поверь, блядь, лучше поменьше сто двадцать восемьдесят. Коленки не смущают, слава
Богу, другие вещи да. Не буду рассказывать об этом, у вас и свой бардак.
Небо высыпало холодный белый порошок. Может кто бы ебанул петарду на улице, что ли?
Слишком долго за компом, уже голова по швам. Медленно сочится черный дым сквозь седую крышу.
Теперь буду терпеть, как работа давит виски. Не придумал здесь никакой иронии.
Хочется к чаю взять с шоколадом круассан. Слава небесам, еще на улицу выхожу сам.
Комната, храм, путешествия, Инстаграм, ресторан, про-Спать я дивану.
Я бы забежал с великой, но на ацтеке мертвая тишина, в асаулте нет никого, что это я пишу?
Теплое пламя свечи рождает мысли холодные.
В который раз бухал бы, напился бы сегодня. Нет облегчения – это то, что чувствую от чая теплого.
Доза отечаю, я свидетельствую смысл будто потерялся, а с ним сила вся.
Вещи по местам, и если курил, то курнул бы косяк. Эй, браза, не повернуть назад.
Свое лицо мир мне уже давно показал. Гнилой базар, здесь только дешевый азарт.
Мой кент сказал: «держи глаза и погазай». Эй, браза, не повернуть назад.
Свое лицо мир мне уже давно показал. Гнилой базар, здесь только дешевый азарт.
Мой кент сказал: "держи глаза и погазай". Не люблю просыпаться рано. Знаешь что? Что?
Потому что это какая-то хуйня. Раньше все не применял, а применял, а потом дал дурака.
Что? Что это какая-то хуйня. Тексты у меня хмурые, в принципе, как и биты.
Не говори мне, как поступать, не скажу, где пойти.
Невыносимо внутри, хорошо, что всегда на свободе. Я лечу боль и этим лекарством кормлю толку. Галима идея спрашивать людей.
Не задавай вопросов, когда не хочешь ответить. Ты можешь…
Ты можешь не услышать, даже если есть уши. Только два типа людей: читающие и слушающие.
Как на удивление, сегодня чудесное утро. Пора сделать что-то такое, что не делал, когда было плохо.
Много потеряно, безразлично или безразлично.
Определенные вещи, как время, никогда уже не наверстаю.
Хочется мир, чтобы над головой покой в голове, чтобы вокруг все были свои и воспоминания новые. Постоянно в музыке кручусь, несет инерцию пола.
Приблизительно немного дальше, чем середина моей жизни. Каждый день я чувствую себя слабо, как на краю.
Я не решаю свои проблемы, я их создаю.
Тщательно конспектирую себя в эти странные стихи, такие, как есть, не лучше, не хуже.
Договорю еще раз про себя, что все мы пришли из пустоты. Считаю не до десяти, чтобы мысль свою донести.
Тебя никто не слышит, бро, говорю сам себе прости. В целом похуй, пойду обновлю плейлисты.
Казалось, жизнь впереди, но позади этого. Каждая картинка запечатлена на карте флажком.
Горю живьем и думаю: вдруг пронесет. Ну вот и все, я выдыхаю, так и не обнаружив смысла.
Эй, браза, не повернуть назад. Свое лицо мир мне давно уже показал.
Гнилой базар, здесь только дешевый азарт. Мой кент сказал: «держи голоса и погазай».
Эй, браза, не повернуть назад. Существующее лицо мир мне давно уже показал.
Гнилой базар, здесь только дешевый азарт. Мой кент сказал: «держи глас и погазай».
Эй, браза, не повернуть назад. Свое лицо мир мне уже давно показал.
Гнилой базар, здесь только дешевый азарт. Мой кент сказал: «держи глас и погазай».
Эй, браза, не повернуть назад. Свое лицо мир мне уже давно показал.
Гнилой базар, здесь только дешевый азарт. Мой кент сказал: «держи глас и погазай».
Эй, браза, не повернуть назад. Свое лицо мир мне уже давно показал.
Гнилый баzar, здесь только дешевый азарт. Мой кент сказал: «держи глас и погазай». Эй, браза